пятница, 29 сентября 2017 г.

Страна Белокурия 2

04.08. Четверг. Горно-Алтайск. Белокуриха – мёдовая страна.
По мере приближения к месту смычки кочевников становилось всё больше.
Они спускались с холмов на перерез поезду,
в шапках, похожих на китайские пагоды.
(И.Ильф и Е. Петров «Золотой теленок»)



Утро опять встретило туманом. В 7.50 по расписанию от автовокзала г. Бийска отправляется второй автобус в страну аримаспов и грифонов. Первый идет в 6.35, но это мне показалось слишком рано. Ладно бы других рейсов не было, но автобус идет с интервалом в 1 час 15 мин. Так что поспал на час подольше. Вот от включенного в стоимость завтрака пришлось отказаться. Завтрак то с 8.30, и тогда я приеду в Горный только часов в 11, а единственный автобус в Белокуриху оттуда идет только в 14.40. Значит мне остается совсем мало времени на свидание с моей малой родиной.
До автовокзала добрался быстро. Ради любопытства спросил у таксеров сколько стоит такси до Горно-Алтайска. Оказалось 300 рублей с носа. Это всего на 50 рублей дороже рейсового автобуса, зато в пути всего час. Поехали, правда, не сразу, а только когда были заняты все 4 пассажирских места. Однако, это не заняло слишком много времени. Стартовали мы ровно в 8.00. Чуйский тракт до самой административной границы Республики Алтай проходит среди ровных как стол полей. Только в голубой дали смутно угадываются синие вершины первых невысоких еще отрогов. Единственным минусом поездки в такси явился недостаточный, по сравнению с автобусным, обзор. Хотя смотреть пока еще нечего. Ровно через час в 9.00 финишировали на автовокзале столицы Горного Алтая.
Город славен тем, что почти сто лет тому назад в нем появился на свет Григорий Иванович Рогов, а 59 лет здесь же был рожден и я. Вот так выглядел родильный дом, где мне довелось появиться на свет.


Так что это место для меня знаковое. Сюда уехал мой дед Иван Фёдорович после гражданской войны из села Жуланиха, где его брат Григорий партизанил сначала против Колчака, а после против коммунистов. Хоть и боялся дед за семью, но младшего сына назвал в честь брата – Гришкой. До сих пор отношение к анархисту Рогову не однозначны. Если в Заринске поставили памятник красному партизану Григорю Федоровичу Рогову, то в Новокузнецке до сих пор вспоминают ту кровавую баню, что, якобы, устроили в городе роговские партизаны. Хотя по словам самих участников событий дикий погром в городе учинили как раз кузнецкие мародеры и выпущенная ревкомом местная шпана.
Сверху вниз: Григорий Федорович Рогов, Иван Федорович Рогов, Григорий Иванович Рогов
На этой фотографии отец даже больше похож на дядю, чем на родного отца. Монголоидные черты лица хорошо читаемые у папани – наследство материнской линии. Иван Федорович взял в жены девушку из семьи крещеных туземцев. Сам он умер на лесоповале, куда попал по мобилизации в годы войны. Бабушку свою, Апполинарию, я помню плохо. Да и город тоже остался в моей памяти только как набор расплывчатых образов. Все-таки был я здесь последний раз почти полвека назад, в конце лета 1968 года. Поэтому очень хотелось проверить насколько соответствуют остатки детских воспоминаний реальности.
Из глубин памяти город Горно-Алтайск всплывал поселением из деревянных домиков, с деревянными тротуарами, зелеными горами вокруг и постоянным дождем. Еще помнился старенький одноэтажный музей с коллекцией скифских артефактов и ДК «Голубой Алтай» рядом с центральным парком и речкой Улалушкой. Больше ничего в памяти не осталось!


Но стоит, наверное, начать по порядку.
Официальная история Горно-Алтайска, единственного города в Республике Алтай, начинается с 1824 года, однако люди населяли этот уголок планеты со времен палеолита. Возраст артефактов на Улалинской стоянке в черте города насчитывает по разным данным от 150 тысяч до 1,5 миллионов лет. Разброс, конечно, вносит сомнения в способность современных ученых что-либо датировать, но тем не менее ясно, что дело давнее. Никогда ранее в Сибири таких находок не делалось. В знак признания значимости открытия изображения древних орудий труда помещены на герб Горно-Алтайска.


История становления Горно-Алтайска, как города берет начало с того момента, когда четыре семьи бийских пчеловодов и несколько семей крещеных алтайцев обосновались в долине реки Улалушки, неподалеку от Чуйского тракта - дороги, ведущей из России в Монголию и Китай. Точных причин обоснования в стороне от долины Катуни мне найти не удалось, но скорее всего место было выбрано из-за удивительно мягкого микроклимата. Поселение так и назвали - Улала.
В 1831 году Томская епархия озаботилась духовной жизнью местных племен. На Алтай была отправлена духовная миссия обращать коренное население в христианство. Улала была выбрана местом для миссионерского стана.
Вслед за миссионерами сюда приезжают бийские купцы, заинтересованные в торговле с Китаем и Монголией. Улала постепенно растет. К 1897 году в селе есть уже 4 общественных здания, 11 домов Алтайской Духовной Миссии, 131 дом крещеных алтайцев, 149 домов русских переселенцев. Появляется торговая площадь, где ежегодно проводится Никольская ярмарка.
В последующем Улала дважды меняла своё наименование. В 1932 году город был переименован в Ойрот-Туру, в 1948 года в Горно-Алтайск. До сих пор это единственный город в республике. Маленький, всего около 60 000 жителей, но гордый городок.
Из здания автовокзала я вышел на Коммунистический проспект и в прогулочном ритме отправился на восток в сторону городского центра. Солнце светило, откуда-то доносились негромкие звуки Миллеровской Moonlight Serenade. Очень атмосферно.
После неухоженного Бийска, с его пожарищами и руинами, Горно-Алтайск приятно удивил благоустройством, прибранностью и городским уютом. Автомобилей не много, тротуары на центральных улицах вымощены бетонной плиткой, много цветов и постриженной зелени. Народ спокойный и благожелательный. Даже наружной рекламы, на удивление, не так много как обычно в российских городах. Вид центрального проспекта портят старые панельные пятиэтажки, но все равно очень все не плохо. Не даром пятое место в стране по озеленению.


Собственно весь город вытянулся узкой полосой по долине Улалы и с одного края виден другой его край. Зато протяженность его целых 12 км!
Через полчаса проспект закончился, упёршись в кампус Горно-Алтайского Государственного университета (ГАГУ). Университетом этот ВУЗ, образованный на базе местного педа и аграрного техникума, назвать можно с большой натяжкой, но для Алтая и это очень солидно. Целых семь факультетов и около 800 студентов.
Мимо ГАГУ прохожу к мосту через Улалу. Память не сохранила какой мостик был в 1968 году, но помню, что домик дяди Пети стоял за речкой, имел высокое крыльцо, колодец с ручным насосом, старую баньку за домом и пасеку на 4 улья в огороде. Названия улицы я тоже не помню, поэтому полагаюсь только на память тела. И, о, чудо! В одном из маленьких домиков, на улице Космонавтов я узнаю, что-то похожее. Крыльцо в наличии, правда, не такое высокое как в детстве, банька тоже виднеется. Правда, главный фасад застроен всякими халабудами, но это обычное дело, последующие хозяева часто рукоблудят с попытками увеличить полезные площади. Так что, скорее всего, это действительно наш старый родовой «замок».


Мимо Универа с памятником великому алтайскому поэту А.С. Пушкину возвращаюсь к «цивилизации». Памятник, между прочим, работы самого Зураба Церетели! Теперь настала очередь поисков Дворца Культуры. По скромной, не по-советски, улице Ленина выхожу к второй главной магистрали городка улице Чорос-Гуркина. Странным названием улица обязана первому алтайскому профессиональному художнику, к тому же алтайцу по национальности, хоть и крещеному. А что, хороший был пейзажист. Даже авангарднист для конца XIX века.


Методом народного опроса узнаю, что для того чтобы попасть к ЦДК надо пройти вдоль Улалы до мостика, перейти на другой берег, и там сразу увидеть искомое. Так оно и оказалось. Сразу за новым храмом Покрова Пресвятой Богородицы, построенного на месте первой в здешних краях христианской церкви, красуется Городской Дворец Культуры. Он практически не изменился за прошедшие полвека. Именно таким я его и помнил, красивым, желтым, с колоннами и балконом.


За ним расположен городской парк, а на самом берегу Улалушки старый кинотеатр «Голубой Алтай». В нем я когда-то смотрел французский боевик «Фанфан-тюльпан», поэтому наверное, и запомнил. Сразу за речкой торчит гора Тегенектау. Самая же высокая из местных гор - гора Тугая̀ (641 м), возвышается с противоположной стороны. Зимой используется как горнолыжный спуск, есть подъемник, прокат, все дела.
Окрестности Дворца Культуры самая старая часть города. Именно здесь селились первые купцы и миссионеры проникавшие в Ойротию. Дом купца Бодунова в начале Социалистической, занятый НИИ Алтаистики, бывшая церковно-приходская школа, организованная в 1867 году миссионером-переводчиком Челваковым в одном из домов Алтайской духовной миссии, лавка купца Тобокова, самое симпатичное из доживших до наших дней здание Улалы. Это конечно не Бийск, и не Барнаул, но модерн в декоре прослеживается. Интересно, какая это артель строила и откуда мастера брали рисунок?


Дальше на углу Социалистической и Ленина – усадьба Тобокова. Именно там и находился местный краеведческий музей, в который я в малолетстве заглядывал с интересом. Там хранились находки из Пазырыкских курганов. Тогда во мне и проснулся интерес к древней истории. Даже года три мечтал стать археологом!
По Ленина выхожу снова на Гуркина и направляюсь в сторону автовокзала. По пути оказываюсь на главной площади, носящей естественно имя Ленина. На северной стороне площади - городская и республиканская администрация (Эл-Курултай), и огромный Национальный театр Алтая имени Павла Кучияка (советский писатель-алтаец 1930-х годов), это самый центр города. Здание театра довольно интересно, почему-то ассоциации с Японией и постмодерновыми постройками начала 80-х. Удивительно, что здание построено в 1977 году, во время повсеместного господства соцмонументализма (театров-сундуков). Как мне кажется, действительно красивое здание. Особенно хороши металлические вставки на фасаде (коллаж):


К площади примыкает городской сквер, ботсад в миниатюре — в нем посажены деревья и кустарники произрастающие на Алтае. На аллее сквера, между зданием Мэрии и Драмтеатром, находится родник с чистой водой. На самом краю сквера возвышается бронзовый Ильич, а перед ним площадка с детскими аттракционами. Издалека похоже будто одиннадцатиметровый дедушка Ленин кормит воробьёв.


На Чорос-Гуркина попадается небольшое кафе больше похожее на столовку. На удивление, в меню оказывается и несколько блюд с неизвестными названиями. У девушки на раздаче выяснил, что коочо это алтайский вариант перлового супа. Просто баранины кладется побольше, чем в привычном варианте. Взял с лепешкой и помидорно-огурцовым салатом. Салатик заправили местной сметаной, называется – каурак, готовится из молочных пенок. Неожиданно вкусно. А вот коочо не впечатлил, что понятно, так как просто перловка с бараниной в бульоне. Тем более, что никаких специй кроме соли, принципиально не кладется. Зато сытно. И не дорого. За весь обед отдал 220 рублей.
Что ж, поели, теперь можно и поспать окультуриться! Меня ждет самая главная достопримечательность города – уникальный музей им. Анохина. Расположены неподалеку от автовокзала и занимает внушительное здание, проект которого получил в 2014 году Золотую Капитель. Проект выполнен мастерской Евгения Тоскина из Барнаула
История строительства нового здания связана с прокладкой газопровода в Монголию. В виде компенсации за изымаемые земли «Газпром» вложил 750 миллионов. В результате республика получила уникальный музей, равного которому в Сибири нет.


Сооружение официально именуется «пристройкой» к национальному музею. Но на самом деле «пристройка» заметно превышает по размерам довольно старое здание музея, которое тоже реконструируется. В остальном мире музей известен благодаря мумии «принцессы Укока». Для саркофага с укокской мумией возведен прямоугольный зал, приблизительно 50 на 40 метров, накрытый сверху стеклянной пирамидой. Только после того, как был оборудован специальный саркофаг для хранения мумии, новосибирские археологи разрешили перевезти «принцессу» в Горно-Алтайск. Шум, поднятый местной националистической тусовкой имеет чисто политические причины, потому что мумия не имеет к современному алтайскому народу никакого отношения. Кроме «принцесы» в музее богатейшая коллекция хранятся уникальные коллекции по палеонтологии, археологии, минералогии, собранные династией первых краеведов Алтая, Гуляевых, археологические экспонаты самой древней в Сибири (Улалинской) стоянки первобытного человека, экспонаты из курганов Ак-Алаха, памятники древнетюркской рунической письменности, этнографические предметы коренного алтайского населения и русских старообрядцев, архивные фотоматериалы, старинные и редкие книги. Есть, что посмотреть.


Музей расположен в центре, в одном квартале от автовокзала на проспекте Чорос-Гуркина. Поднимаюсь по монументальному гранитному крыльцу. Вестибюль отделан натуральным полированным мрамором. Рядом с вестибюлем – кассы, магазин сувениров (всё дорого), вход в залы природы и . Билет стоит 300 рублей. За право фотографировать надо заплатить еще 200. Принципиально 200 рублей платить не стал. Меня возмущает такое отношение к посетителям. Нет, всё понятно, здание надо содержать и эксплуатировать, но зачем выделять отдельной строкой оплату фотографирования?
После уличной жары надевать целлофановые бахилы очень не хочется. Я договариваюсь с администраторшей, что буду ходить по музею босиком. Она сначала сопротивлялась, но я был настойчив и все-таки уговорил. Хорошо, что в музее есть камера хранения, в которой я и оставил свои сандалики и рюкзак.
Полутора часов для беглого ознакомления с основными коллекциями мне хватило. Около двух я покинул это достойное всяческих похвал место и устремился на вокзал.
Точно по расписанию в 14.40 старенький корейский автобус стартовал в направлении последней точки моего путешествия города-курорта Белокурихи.


Дорога пролегала в основном по предгорной равнине. Самым бросающимся в глаза была торговля медом на каждом шагу не только в деревеньках, но и просто вдоль дороги. Прямо мЁдовая страна! Через два с половиной часа дорога повернула на юг, а еще через час я уже высаживался на федеральном курорте.
Время на часах 18.20. Позади меня автостанция Белокурихи, передо мной улица Советская, слева ресторан «Старая Мельница» справа виднеется типовая девятиэтажка. За девятиэтажкой виднеется гора поросшая лесом с дорогой до самой вершины. Ясно, что двигаться мне надо в сторону горы, ведь именно там располагается курортная зона, но не понятно, можно ли топать прямо по Советской, или надо искать другую параллельную улочку. Опрос приехавших вместе со мной не помог. Все впервые в этих краях, и все предпочитают ехать на маршрутках. Навигатор мне мучить не хотелось, там со вчерашнего дня осталось мало мощности, поэтому оглядываюсь по сторонам в поисках информации. Действительно, на газоне замечаю стенд с искомым ресурсом. Да, все так и есть, идти надо прямо по Советской, это главная улица города. Что забавно, она меняет название при подъеме в гору. После пересечения с ул. Партизанской она становится улицей академика Мясникова, еще где-то через полкилометра у старого санатория превращается в улицу Славского и в этом качестве тянется вдоль речки еще наверное километра три.


Три участка различаются функционально. Советская – селитебная территория самого города, где живут, учатся и работают жители Белокурихи, на Мясникова расположен курортный соцкультбыт, а на Славского уже собственно сами санатории, коих в этих краях видимо-невидимо.
Это первый курорт федерального значения, куда меня занесла нелегкая, поэтому впечатления самые благоприятные. Очень напоминает атмосферу курортных городков Турции, Таиланда или Вьетнама. Таже расслабляющая атмосфера, тот же фланирующий народ в цветастых шортах и футболках. Вот только моря нет.
Через 20 минут пешей прогулки передо мной вырастает часовня Трех Святителей. Где-то здесь расположен забронированный мной хостел «Дом Туриста». Ага! Вот это странное сооружение, не знавшее руки архитектора, он и есть. По всему видно, что придумал это здание человек не знакомый ни с архитектурой, ни с гостиничным бизнесом. Замок прораба-людоведа – так я бы назвал этот «стиль». К тому же чувствуется экономное подражание соседнему зданию, сделанное относительно неплохо (не знаю как там внутри).


Узкая входная дверь, за ней крохотная стойка рецепции и крутая винтовая лестницы сразу намекают, что с пожарными нормами автор не знаком от слова совсем. Проект ни при каких условиях экспертизу пройти не мог, получить разрешение на строительство без экспертизы тоже. Так что скорее всего никакого проекта не было.
Зато цена приятная (я бронировал за 700 руб/ночь койку в номере на четверых), и это перевешивает риск сгореть здесь заживо. Администратор - миловидная девочка Настя, отыскала мою бронь, взяла деньги (карточку не принимают, приходится менять деньги в банкомате), познакомила меня с правилами и устройством хостела. Неприятным сюрпризом оказалось то, что отсутствует камера хранения, и берется 2 000 залога. Настя объяснила это все причудами владелицы, которая построив комплекс из ресторанов и магазинов, решила еще и ночлежку при всем этом организовать. Открылся хостел в марте и из-за низкой стоимости проживания спросом пользуется. К тому же при дистанционном бронировании недостатков не видно. А их здесь более чем достаточно.
Кроме упомянутой винтовой лестницы без площадок до самого третьего этажа, к недостаткам следует отнести очень тесный туалет, в котором кроме толчка расположен еще и умывальник. Умываться приходится боком даже при моих астенических габаритах. Как же здесь помещаются человеческие особи более крупных размеров?
Душевая расположена по другую сторону коридора и в некотором отдалении, что сразу напоминает старинный анекдот: баня – через дорогу раздевалка. Умывальника в душевой нет, только душевая кабинка. Дальше по коридору составлены кулер, холодильник, столы и табуретки. Это, типа, кухня и столовая. Одновременно может сесть только два человека. При этом пройти будет уже затруднительно.


Хозяйка этих нумеров совершенно не понимает главного принципа правильного хостела. Это не столько дешевое место для сна, сколько место молодежной тусовки, где народ общается делится впечатлениями, обменивается информацией в непринужденной обстановке. Часто при хослелах размещаются пункты проката, туристические агентства, сувенирные лавки и прочие нужные бродячему люду вещи. Здесь же этого не только нет, но и сделать невозможно.
В номерах что либо кипятить запрещено. Запрещено также во всем хостеле распивать спиртное, даже пиво. Везде пластиковые панели, искусственные ковровые покрытия и прочая синтетика. Задымление в случае пожара будет еще и токсичным. Окошки в комнатах узкие, пролезть в них в случае пожара будет тоже затруднительно, а для кого-то и не возможно.

Номер на четверых обозначен в системах бронирования как общий для мужчин и женщин. Вот интересно, как бы выглядело совместное проживание с женщиной в одном номере? Мне, однако, повезло. Первую ночь был только один сосед.
Бросаю рюкзак, переодеваюсь в курортную униформу (шорты, футболка, панама) и отправляюсь знакомиться с окрестностями.
Окрестности радуют. Прямо напротив расположен торговый центр «Глобус» со всякой ерундой внутри, а во дворе у него установлены прилавки с разнообразными дарами алтайской природы. Всё, что растёт, ползает, плавает, летает или бегает туземцы продают здесь в виде лечебных, развлекательных или питательных веществ.


Продукты пчеловодства в огромном ассортименте. Начиная от тряпочек, которые подстилают в ульи, и заканчивая настоями на пчелиных трупиках, не говоря уже о всевозможных сортах меда, все можно здесь найти. Цены, понятное дело, рассчитаны на курортников, поэтому ничего здесь покупать не планирую.
С целью побаловать себя вкусным ужином отправляюсь по направлению на север, то есть вниз. Вот это «на север – вниз » меня все время смущает, потому что есть устойчивый рефлекс «юг – внизу, а север - наверху». Эта привычка постоянно сбивает при ориентации на картах и схемах. Рестораны «Мехико», «Мулино», «Трапеза» и другие подобные, расположенные в курортной зоне кажутся мне дороговатыми и я по мощеному тротуару направляюсь в сторону центра города.
На мою радость дорога сворачивает от проезжей части в пассаж из легких конструкций. Пассаж этот составлен из павильончиков, торгующих в основном сувенирами и разными курортными причиндалами. Метров 150, наверное, длиной! Развлекаюсь тем, что захожу в некоторые из киосков, разглядываю товары, но покупать ничего не собираюсь. Хотя магнитик какой-нибудь оригинальный купить бы надо.
Мимо санатория «Алтайский Замок», мимо Змеиного источника, мимо ресторана «Бобровый стан» с фигурой огромного бобра на задних лапах выхожу на Мясникова и останавливаю наконец свой выбор на кафе «Боваренок». Немецкая кухня меня бы вполне устроила, но, к сожалению меню было самое обычное, хорошо, что цены приемлемые. Я взял лазанью и местного пива. Пиво варят тут чуть ли не в каждом заведении, прямо как в Праге. Пиво было годное, а вот с лазаньей ребята прокололись. В микроволновке разогревали, но не в нужном режиме. Фольга была горячая, а содержание холодным. Про то, что бешамель в местной транскрипции был не совсем бешамель, больше напоминая советскую подливку, не было в составе ни баклажанов, ни сладкого перца. Пришлось просить, чтобы разогрели более тщательно. Тем не менее, ужином я остался доволен. Все-таки хорошее пиво скрашивает любые недостатки.
Тем временем на улице стемнело. Я решил, что для первого знакомства с городом достаточно и вернулся тем же путем в свою ночлежку.
Сосед был уже на месте. Мужик богатырского сложения по имени Саша. Приехал с женой из Юрги, супруга принимает курс лечения в санатории «Катунь», а Саша из экономии живет в этой ночлежке. Время в основном проводит в открытом бассейне того же санатория. Говорит, что завтра уже уезжает. Вот и хорошо! Есть шанс пожить одному в большом номере.
За окном бурлила ночная жизнь сибирского Давоса, ходили медведи с балалайками, пьяные мужики в ушанках и с калашами и прочая развесистая клюква, я же вооружился читалкой и залез в койку. Спокойной ночи, белокурихинцы и белокуриховки!

05.08. – 07.08 Два с половиной дня на горном курорте.
«Райская долина – сказал Остап, - Такие города хорошо грабить рано утром, пока не печет солнце. Меньше устаешь.»
(И.Ильф и Е. Петров «Золотой теленок»)



Нет смысла пошагово описывать мое пребывание в Сибирском Давосе, лучше ограничиться рассказом о моих блужданиях по окрестностям, о самом городе и его особенностях.
В программе пребывания у меня три утра, и каждое утро я, как на работу, бежал на «глазной» источник. Лечебный родник расположен на территории храма великомученика Пантелеймона Целителя. Этот самый Пантелеймон знаменит тем, что по его молитве злая ехидна была разорвана на куски, причем самым расчудесным образом. Кроме того, он возвращал зрение слепым, подвижность парализованным, разум безумным и творил прочие медицинские чудеса. Император за это попытался скормить его хищным зверям, но звери не захотели его кушать. В случае Белокурихи первичен источник, содержащий в воде ионы серебра. Церковная же легенда гласит, что « в 1683 году посольство во главе с боярским сыном Михаилом Ржицким, проезжая в этих краях, тяжко заболело язвой, поразившей и глаза людей. Омывшись водой из источника, люди почувствовали облегчение, а Михаил той же ночью во сне увидел матушку, которая сказала ему: «Сынок, пейте эту воду, мойте ею глаза. Она очень целебна, хворь как рукой снимет…». История, конечно, странная, мало того, что летописи не знают никакого Михаила Ржицкого, так ведь и посольства в конце XVII века на Алтай или в Монголию никто не посылал. Чистый вымысел.
Вода в источнике еле-еле сочится, но умыться возможность есть, что я и проделывал с удовольствием все три раза. Лучше конечно, приходить пораньше, потому что с десяти часов народу собирается уже порядочно. Люди набирают в канистры, бидоны и фляжки, поэтому процесс может затянуться.


После источника я совершал «восхождения». В первый день это была гора Церковка, а на следующий, я поперся на Круглую и к скальным останцам Четыре Брата.
Самым остросюжетным приключением было конечно первое. Дело в том, что я вышел к месту старта около полудня, что для восхождения не лучшее время. Тем более, что солнышка палило очень даже.
Пока подъем проходил в лесу, все было хорошо. Свежий воздух, запах хвои настоянный на солнечных лучах. Благодать. Однако благодать эта длится не долго, потому что тропа выворачивает на открытый склон и около часа приходится ползти по самому солнцепеку. Набор высоты – 550 м, для нетренированного организма нагрузка солидная.
Конечно, можно было заплатить 400 рублей и подняться к экопарку на подъемнике. Посмотреть на окрестности с высоты кресла канатной дороги. Но я не жалею, что поднялся пешком. Иногда надо баловать себя и трудностями. А тут просто мечта горного туриста: на верхней станции подъемника расположено кафе. Можно выпить-закусить, любуясь видами предгорий.
Неподалеку от верхней станции канатной дороги сооружена местная достопримечательность – «Хозяин Горы». Скульптура была изготовлена в Барнауле и долгое время стояла в санатории «Белокуриха». В середине 2000-х гг её установили по дороге к горе Церковка. Первоначальное название скульптуры, установленной на Церковке – «Обо» - место для подарков хозяину горы Алтай-ээви, что в переводе с алтайского означает «хозяин Алтая», «господин Алтая».


Есть мне после столь утомительного подъема совсем даже и не хочется, а вот выпить любимой «Карачинской» оказалось очень даже в тему. Присел с бутылочкой водички на камешек, понаблюдал коловращение суетной туристическо-курортной жизни вокруг, да и отправился дальше. Здесь устроен приятный экопарк оснащенный силами природы забавными скальными выступами. Вокруг бродят толпы отдыхающих. Кормят бурундуков, поползней и еще каких-то местных птичек. Бурундуки уже так привыкли к людям и к тому, что люди приносят пищу, что забираются прямо на плечи, берут семечки и орешки прямо из рук, в общем ведут себя по-хозяйски.



Спускаться обратно можно опять же на канатке, а можно лесной тропой. Конечно же я выбираю второй вариант. Вот бы я еще вниз ехал!
Тропой пользуются редко, поэтому время от времени она просто пропадает среди травы и кустов. Груздей просто море! Можно было при желании набрать ведро даже на этом спуске, не сходя с тропы. Через все тернии и буераки выхожу к терренкуру, который оборудован по всем правилам бальнеологических курортов в виде профилированной и размеченной тропы с правильными подъемами и спусками. Приверженцы уверяют, что соблюдая основные принципы создания терренкуров, можно достичь неимоверных результатов в лечении дыхательный путей, нервной системы, нарушений обмена веществ и сердечнососудистых заболеваний. Лечебных терренкуров не много, и на всей территории Российской Федерации их можно сосчитать на пальцах: знаменитые тропы Кисловодска и Железноводска, Ессентуки, Сочи и Анапа, Листвянка на озере Байкал, Нальчик, Владикавказ, Геленджик и здесь в Белокурихе.

Второе восхождение было двойным. За один заход я взобрался на гору Круглая и поднялся к утесу Четыре Брата. Самым примечательным в этой прогулке оказалась встреча с испанским путешественником. Дело было так:
Брожу я между невысоких гранитных выступов, куда привела меня дорога, предполагая, что это и есть те самые Четыре Брата. Врожденное любопытство меня заставляет проверить, куда же идет тропа дальше. Буквально в пяти шагах возвышается гранитная скала высотой явно выше десяти метров. Ветра и дожди сформировали из скалы причудливые вертикальные складки, напоминающие группу сгрудившихся человеческих фигур.


Внезапно моего слуха коснулись странные звуки – напоминающие одновременно и арфу, и колокол. Мысль возникает закономерная: - «Голову на солнце напекло… Пора в бассейн». Мысль оказалась ложной. Среди скал я заметил, сидящего со скрещенными ногами, коротко остриженного парня в черной футболке. Парень играет на каком-то странном предмете. Выпуклый черный глянцево бликующий диск издавал под его руками мягкие и мелодичные звуки. Подхожу, жду паузы в игре. Паренек, заметив моё внимание к его действиям, останавливается и вопросительно поворачивается ко мне. Приветствую.
- Доброго дня, уважаемый, - говорю я, - скажи пожалуйста, как называется эта штука, на которой ты так здорово играешь?
- Говори, пожалуйста, медленнее – отвечает мололдой человек с каким-то акцентом.
- Иностранец, - смекнул я
– Вэ’ар ю фроoм?
- Фром Спэйн – молвит…
И тут я внезапно понимаю, что кроме «депута мадре» я по-испански ничего вспомнить не могу. А это грязное ругательство совершенно не уместно… Блин! Вот же досада. Приходится и дальше использовать инглиш.
- Уот’c нэйм ё мэшин? – вопрошаю я дальше и пальцем тычу в блестящий диск.
- Это глюкофон, а тебя как зовут?
- Борис из май нэйм, - говорю и чувствую, что и по-английски несу что-то не то. И тут до меня доходит, что испанец то по-русски сносно балакает.
Действительно, Хабигилла (такое странное у него имя) уже месяц путешествует по России. Едет по Транссибу с запада на восток. По пути сворачивает в разные стороны. В интересных местах играет на глюкофоне (так эта штуковина называется) для своеобразной медитации. Инструмент из недавно изобретенных. Только в 2005 году перкуссионист Felle Vega презентовал первый прототип под названием «Tambiro». Выглядит он вот так –


Я рассказал Хабигилле про свои путешествия. Вспомнил за Испанию, за Каталонию, за Мексику и Перу. Он поделился своими впечатлениями от нашей страны. На удивление Россия ему нравится. Язык он выучил за три месяца, говорит, что язык лёгкий, только к кириллице привыкнуть не получается, путается все время. Вот тайский, тот гораздо труднее, но и его он учил перед тем, как ехать в Таиланд.
Так мы с ним вдвоем и бродили оставшуюся часть маршрута. Поднялись на Круглую и оттуда вернулись в Белокуриху. Надо было мне сделать его портрет, а я опять ушами прохлопал. Вечно забываю снимать такие интересные моменты!


После горных прогулок я занимался исследованиями водных процедур. Практически в каждом крупном санатории Белокурихи есть бассейны, а при отеле «Беловодье» и в санатории «Россия» устроены небольшие, но симпатичные аквапарки. В первый вечер я посетил «Беловодье», а в следующий «Россию». Первый стоил мне 450 руб/2 часа, второй 380 за то же время.
В целом мне понравилось и там и там. «Беловодье» хорош тем, что есть пара горок и кроме стандартных русской парилки, финской сауны и хамама есть еще и крио сауна со снегом.


Зато в «России» в лечебно-оздоровительном комплексе «АкваВитаТерм» можно нормально поплавать в бассейне, оборудованном 27-ми метровыми дорожками, попотеть в четырех сортах парилок, поплескаться под каскадным душем. Кроме того бассейн там имеет большие панорамные окна с видом на лес, что, конечно, очень приятно.


Пару слов в заключении надо сказать и про курорт. Для полноты картины. Я был в местном музее и добрая музейная бабушка (Елена Петровна Жилинская заслуженный медицинский работник, врач высшей категории, и ведущий экскурсовод) мне много что рассказала на эту тему.


Оказывается, что первые русские поселенцы появились в здешних краях уже в начале XIX века, привлеченные богатыми угодьями, хорошим климатом и обилием (около 70) термальных источников. Над рекой и теплыми источниками круглый год курился белый пар, потому и реку назвали Белокурихой, а позже от реки и поселок получил тоже имя.
Годом основания курорта считается 1867. В этом году, по инициативе известного ученого, инженера Алтайского горного управления Степана Ивановича Гуляева были опубликованы первые сведения о горячих целебных источниках в предгорьях Алтая. Степана Ивановича смело можно назвать сибирским Ломоносовым. Круг его интересов необычайно широк: от этнографии и лингвистики, до химии, растениеводства и палеонтологии.


В 1867 году Гуляев вместе с бийским мировым посредник Мамонтовым приехали в Белокуриху и построили деревянную купель на месте так называемого Змеиного озерка был устроен «резервуар» для принятия ванн в виде колодца глубиной 4 аршина, с навесом и раздевалкой. Правда весной следующего года все эти постройки смыло паводком, но это не остановило энтузиастов - Гуляев снова развернул строительство, особое внимание уделяя прочности сооружений. Сейчас рядом на том месте стоит скульптура "Гигея" стройная девушка со змеей в руке.


В 1903 году судьбу курорта решило Горное управление Алтайского горного округа - был построен 18-ти местный ванный корпус, столовая, солярий, началась работа по благоустройству территории. К 1920 году с. Новобелокуриха превратилось уже в курортный поселок.В 1928 г. на месте бараков появился большой полноценный корпус, в котором могло лечиться одновременно 120 человек.


В этом корпусе сегодня и размещается музей. Корпус красивый, похоже, что его недавно отремонтировали. Длинное, голубое одноэтажное здание с красивой белой колоннадой, вплотную прижалось к курортной дороге.


По словам Елены Петровны главным лечебным фактором курорта является уникальная природная дозировка радона в местных горных породах. Кроме того термальные источники Белокурихи содержат широчайший минеральный спектр, который основывается на триаде элементов: азота, кремния и микродоз радона. Среди других обязательных компонентов термальных вод – фтор, калий, магний, кальций, гидрокарбонат сульфата. Ряд элементов играет роль посредников между человеком и радоном, усиливая и направляя лечебное воздействие. Наряду с противовоспалительными и обезболивающими свойствами, принятие термальных ванн улучшает состояние нервной и эндокринной систем организма, стабилизирует общий гормональный фон, естественным путем усиливает капиллярный кровоток и лимфоток, запуская тем самым иммунные механизмы.
Однако не вода является здесь главным лечебным фактором. Именно оптимальное содержание радона в воздухе даёт оздоравливающий эффект. Вода играет вспомогательную роль. И вот здесь главная беда курорта. Дело в том, что для того, чтобы присвоить гостинице более трех звезд у нее должен быть оборудован паркинг и свободный проезд до него. Если до 2005 года, проезд к санаториям личного транспорта был запрещен, то теперь любой драндулет может портить воздух чуть ли не до самых вершин.
Согласно авторитетному мнению проф. Вуазена, подобная терапия весьма эффективна при борьбе со стрессами, гипертонической болезнью сердца, умственным и нервным переутомлением, неврозами. Более того, аэроионотерапия полезна при геронтологических отклонениях, в частности – раннем старении. Таким образом, само нахождение на курорте Белокуриха уже представляет собой эффективную методику оздоровления.
Краткое резюме:
Ехать в Бийск, Горно-Алтайск и Белокуриху не только можно, но и нужно. Тем более, что инфраструктура здесь сегодня на достаточно высоком уровне. Есть где недорого переночевать и перекусить. В Белокурихе лучше остановиться дней на 10, усиленно наматывая километры по окрестным горам.

понедельник, 21 августа 2017 г.

Страна Белокурия 1

03.08. среда
Бийск

Светлей огня - алыпа лик.
Народ в стране его - велик,
Миролюбив и светлолик,
Красноречив, остроязык -
Заполнил солнечный Алтай
И перелился через край,
Живет, не ведая нужды,
Глаза любого - две звезды.
(Алтайский эпос «Маадай Кара»)



Восемь утра. Поезд Томск – Бийск прибыл на конечную. За окном купе сплошная пелена тумана. Ворота Алтая просто занавешены ватной кисеёй, такой плотной, что не видно даже здания вокзала. Впечатление, что на улице холодно и сыро, но деваться мне все равно некуда, поэтому ныряю в эту утреннюю морось.


Снаружи всё оказалось не так печально. И не холодно, и туманище не такой уж и густой. Здание вокзала рассмотреть можно, хотя противоположный его конец теряется в туманном мареве. Мне в вокзал нет нужды, забронированный мной отель лежит совсем в противоположной стороне. По заранее разведанному мной маршруту мне надо перейти ж/д пути, потом свернуть в направлении восток-северо-восток, какое-то время двигаться прямо, а потом свернуть налево, и улица как раз приведет к искомому месту.
Действительность, как обычно внесла коррективы. Дело в том, что город Бийск в основном расположен на луговой террасе реки Бии, но телевышка установлена на лёссовом плато, поднятым над городом. Улицы идущие в пойменной части просто утыкаются в поросший сорным кустарником склон и все – тупик.


Район частной застройки по которому я продвигаюсь на карте Яндекса называется Шанхай и представляет собой обычные окраинные трущобы. Один из кварталов занимает даже местная тюрьма. Настоящая, с колючкой по бетонному забору и вышками по углам. Почему-то мне показалось, что от тюрьмы как раз должна быть дорога к телецентру. Как ни странно, но так оно и оказалось. Улица сначала выродилась в полевую дорогу, потом в тропу, а потом вдруг снова превратилась в улицу, причем в ту самую Волочаевскую, на которой и расположен искомый объект. Правда, буквально через сто метров, улица вдруг уперлась в бетонный забор. Местные жители подсказали, что за этим забором, расположен Алтайский краевой радиотелевизионный центр. Уффф! Дошел. Проще было конечно, пойти на остановку автобуса, дождаться там нужного и доехать, но пешком интереснее же!
Главным украшением гостишки является циклопическое сооружение телевышки. Верхушка ее теряется в облаках, а призрачный утренний свет едва пробивающийся через толщу тумана позволяет увидеть только ближние детали, что превращает объект во что-то таинственное и необычное.


Сама гостиница так и называется «Под телевышкой». Неудобное расположение компенсируется низкой стоимостью проживания. За 620 рублей мне предложена койка в двухместном номере. Туалет и ванная общие на весь этаж и завтрак. К сожалению проверить качество завтраков мне не довелось, так как уехать в Горно-Алтайск мне хочется как можно раньше. Повезло, что в номер ко мне подселить никого не успели, поэтому ночевал в тишине и покое.

Засиживаться в гостинице не стал. Бросил рюкзачок и в путь, заниматься своим любимым делом – исследованием городской исторической среды.
Город Бийск — второй по значению и величине город Алтайского края. В 2005 году ему было присвоен статус наукограда. Меня заинтересовал вопрос, с какой такой радости это произошло? Оказалось, что в городе больше 20% работающих заняты на наукоёмком производстве. В основном это оборонное направление, композиционные материале, биофармацевтика. Жаль, что это не делает город более благоустроенным, удобным и красивым. Разрушающиеся дореволюционные особнячки старого центра, такие же ветшающие хрущобы территории советской застройки. Всё это забито кричащей наружной рекламой и дополнено убитыми в хлам улицами. Не помогает статус, если нет спроса на продукцию, и нет умения подстраиваться под требования рынка. Последнее умение в нашей стране везде большая редкость. Тяжёлые последствия плановой экономики. Наверное, еще пару поколений будет действовать привычка ждать указаний сверху, выполнять их, а потом жаловаться, что опять фигня какая-то получилась.

В центр приехал на автобусе. Ориентировался чисто визуально. По принципу, увидел старые дореволюционные домики – на выход! Принцип себя вполне оправдал. Сквозь пелену тумана в окошке ПАЗика мне удалось увидеть синий купол какого-то храма. Значит время выходить.


Остановка «Музучилище». Пересечение улицы Владимира Ленина (именно Владимира!) и Турусова. Пейзаж совсем даже не радует. Убогие современные попытки построить из красного кирпича, что-то похожее на «старину» вызывают раздражение. Замыкает улицу белый фаллос колокольни с синей главкой и рядом такой же синий купол самого здания храма. Это старинный Успенский собор. Самый центр старого города. Наверняка там много чего интересного.


Но я помню, что, по традиции, самой центральной улицей всех советских городков была как раз улица Ленина. Поэтому, для начала знакомства с Бийском, выбираю ее.
Справа по ходу стоят кирпичные купеческие особнячки, а на другой стороне облезлые пятиэтажки. Особняк Осипова на Ленина весьма примечателен. А так как это первое интересное здание города у меня на пути, то остановлюсь и опишу чуть подробнее. Здание поражают обилием и разнообразием эклектичных форм: мотивы бегунца, городков, зубчики, филенки, лопатки, сандрики, аркатурные фризы, ниши и нишки, фигурные аттики и фронтоны, руст - все присутствует в фасадном декоре. Александр Васильевич Осипов представлял второе поколение купеческой династии Осиповых и занимался преимущественно недвижимостью.


Миновав особняк сворачиваю в сторону реки и по улице со странным названием Двойных спускаюсь к настоящей главной улице старого Бийска бывшей Торговой. Это на самом деле место, от которого «есть пошел» Бийск. Улица Толстого, до 1910 г. называлась Торговая и проходила как раз напротив стен Бийской крепости. После смерти писателя в 1910 г. стала называться Торговая им. графа Льва Толстого, а еще позже сократилась до просто Толстого. Не любили в советские времена ни торговлю, ни графьёв. Именно здесь в 1768 г., по проекту известного инженера Де Колонга на месте старого деревянного укрепления была возведена мощная кирпичная крепость, считавшаяся на тот момент одной из самых лучших на сибирской земле. Она была важным оборонительным пунктом в Кузнецко-Колыванской крепостной линии. С этого времени город начал очень быстро развиваться, расти, и «перешагнул» на противоположный берег Бии. С 1846 года крепость превратилась в тюрьму, а город стал торговыми воротами в Монголию и Китай.


Мимо длинных заборов выхожу на шикарный проспект. Это и есть улица Толстого. Однако вид окружающих зданий вызывает ассоциации со Сталинградом, Алеппо или Мосулом. Пустые глазницы оконных проемов, сорные кустарники на потрескавшихся карнизах, обсыпавшаяся штукатурка, отсутствие кровли и перекрытий. Руины после бомбежки!

Слева походу пассаж Фирсова, сгоревший в 2007 году.


А вот так он выглядел 100 лет назад


за ним еще один пассаж купца Второва.


справа бывший торговый дом Хакина, тоже погоревший. На противоположной стороне улицы тоже руины – бывший универмаг Клевцова, отличный образец архитектурной эклектики. Каждое здание достойно отдельного рассказа.


Обхожу Бывший оружейный магазин господина Хакина и двигаю на запад. Этот участок улицы, наверное, наиболее насыщен старыми особняками разной степени сохранности. Несколько зданий даже можно сказать в отличном состоянии. К ним можно отнести бывший магазин Осипова, в котором сегодня размещаются несколько организаций. Реставрация, конечно, приблизительная. Попытка выдержать стиль присутствует, но в силу утраты технологии кирпичного декора, это не более чем попытка.


Ну, хоть так. Все же лучше чем утрата, или обшивка сайдингом. Повезло тем памятникам, в которых в советское время располагались какие-то идеологически правильные организации, их реставрировали в первую очередь. Так в бывшем магазине Осипова размещался штаб красных партизан
Хорошо реставрированы дом Рождественского (типография «Катунь»), особняк Васенева (профсоюз работников образования), доходный дом Мезенцевых, бывшее реальное училище им. Пушкина (геофак академии образования) и некоторые другие.


К сожалению, из 206 памятников культурного наследия, зарегистрированных на территории Бийска, таковых не больше десятой части. Гораздо больше (86) зданий вообще находятся в аварийном состоянии. Есть ли шанс, что когда-нибудь ситуация улучшится, непонятно. Если смотреть реально, то денег взять просто негде. Краевые реставраторы посчитали с 2009 году, что реставрация только пассажа Фирсова будет стоить 260 млн.руб. Откуда у города без инвестиций возьмутся такие деньги? Лет через десять Бийск будет похож на Барнаул, с его пустырями на месте утраченных памятников, а район старого центра превратится вообще в сплошные руины. Единственное, что сегодня можно сделать без существенных затрат, это провести массовые обмеры и инженерные обследования для потенциальных реконструкций в «прекрасном далёко».
Я же продолжаю свою прогулку. Мимо скверика в котором на гранитной глыбе установлена пара пушек, оставшихся со времен Бийской крепости. В крепости было целых 78 таких двенадцатифутовых чугунных орудий. Как бы круто смотрелось, если бы здесь стояло хотя бы пара десятков таких орудий, да с ядрами, да с участком стены… Мимо дома Кашина, в котором разместилась Бийская полиция, мимо дома купца Кузнецова выхожу к ухоженному мемориальному парку с вечным огнем и стелами с именами бийчан, павших на фронтах Великой Отечественной.
Сегодня 2 августа – день ВДВ. В парке играет музыка у портретов Героев Советского Союза стоят мальчики и девочки одетые почему-то в красные майки и красные беретики. Оказывается, в Бийске десантники не плещутся в фонтанах, а чинно собираются в парке, возлагают венки и гирлянды, а потом идут строем до ворот, чтобы мирно отправиться поминать павших товарищей и бурную армейскую молодость. Тут же толпится публика из родных и близких, многие тоже, не взирая на пол и возраст, в полосатых тельниках и голубых беретах. Все очень хорошо организовано, внушительно и трогательно одновременно.




В киоске напротив покупаю необычное мороженое – черного цвета. Это так оригинальничает Новокузнецкий хладокомбинат, добавляя дисперсный порошок растительного угля. На вкус это ни как не отражается, похоже на пломбир с легким шоколадным привкусом, зато губы и язык окрашивает. Полакомился мороженым и принял порцию абсорбента за одно. И название соответствующее – «Сибирский уголь».


Вот так, грызя «Сибирский уголёк», прогуливаюсь в направлении Бийского драматического театра, который тоже является объектом культурного наследия. Директору театра удалось добиться проведения реконструкции здания в 2009 году. За проект Барнаульские архитекторы Тоскин и Рагино получили дипломы «Золотой капители». Жаль, что качество выполнения работ подкачало, потому что в этом году фасады завешены защитными сетками по случаю ремонтных работ.
Театр разместился в здании Народного Дома, построенного в 1914 году по проекту архитектора И. Ф. Носовича на средства купца Копылова. Дизайн и декор фасадов – все та же полюбившаяся бийским купцам эклектика с элементами готики и модерна.


Замыкает перспективу Советской особняк Варвинского, в котором расположились целых два музея: Краеведческий (разделы природы) и музей Чуйского тракта. Посещение музеев решил отложить на следующий приезд, а пока двинул в обратном направлении, намереваясь посмотреть торжественную часть празднования дня Войск Дяди Вани.
Как всякая торжественная часть, большого впечатления бийская тоже не произвела. Дежурные слова говорили какие-то чиновники, мужик в лампасах, наверное, местный генерал, поп с большим крестом на шее. Видно было, что парни в тельняшках томятся в ожидании конца этой церемонии, чтобы пойти и выпить с друзьями. Мне тоже слушать эту казенщину не интересно, лучше я продолжу экскурсию по старому городу.


Мимо Успенского кафедрального собора дохожу до парка им. Гаркавого. Парк знаменит тем, что в нем в 2010 году установлен местный Медный Всадник. Автор памятника известный ростовский скульптор Сергей Исаков изваял его все-таки не из меди, но из бронзы. Петр восседает на коне на трехметровом постаменте, изготовленном на Колыванском камнерезном заводе. Тут вероятно, Петр прорубил окно в Китай. Народ активно фотографируется с Петром, селфифилов здесь мне попалось больше всего почему-то.


На выходе из парка возвращаюсь к пассажу Фирсова, откуда начал сегодняшний променад. Решаю осмотреть восточную часть улицы Льва Толстого и двигать в сторону автовокзала. Ведь у меня сегодня в планах еще поездка к месту слияния Бии и Катуни.
Пассаж Фирсова примыкает к другому пассажу, не менее интересному, построенному купцом-миллионщиком Второвым. Второв фигура в истории российского предпринимательства весьма заметная. Александр Фёдорович с конца XIX века слыл крупнейшим торговцем мануфактурой во всей Сибири. Жил и вел дела в Москве, но имел представительства во всех крупных городах Сибири от Кяхты до Е-бурга. В 1907 году дело дошло и до Бийска. Второв построил здесь большой двухэтажный магазин с модным названием «пассаж». Рассказывают, что на втором этаже жили приказчики этого магазина, чтобы всегда под рукой быть.


В 1925 году в уже бывшем Второвском пассаже, на втором этаже, где раньше жили приказчики, была открыта гостиница «Деловой двор», а 30 июля 1926 г. в угловых номерах, что выходили окнами на Барнаульскую улицу, остановилась странная пара. Все их называли американцами: потому что они, время от времени загадочно переглядываясь, переходили на иностранный. Это были Николай Константинович и Елена Ивановна Рерихи. В Индию они ехали через Алтай.
На противоположной стороне улицы двумя кварталами восточнее расположен сквер им. Фомченко. Это одно из самых уникальных мест Бийска, где воедино сходятся три века истории города. Именно в 1718 году после уничтожения джунгарами здесь был восстановлен Бикатунский острог, с которого и начинался Бийск. На этом месте в середине XIX века находилась главная базарная площадь города, а в 1877 году здесь возвели главный храм города – Троицкий кафедральный собор


В 1934 году собор был взорван, а за несколько лет до этого снесена стоявшая на площади часовня Александра Невского. Здесь же кипела и политическая жизнь города. В 1910 году на площади с восточной стороны построили здание городской управы. Сегодня в этом здании размещаются пожарники. В сквере сегодня можно увидеть восстановленные надгробные плиты почетных граждан города, местных меценатов и благотворителей. За ними глубже в сквере зарастает сорняками обелиск революционерам. От него широкая лестница спускается к реке. Идея была заложена хорошая – открыть парк на реку и сделать красивую видовую площадку. Жаль, что сил хватило только на ступеньки.
Еще восточнее улица Толстого подходит к очередному замечательному образцу провинциального модерна – особняку Николая Ассанова. Проект особняка принадлежит Томскому архитектору Константину Лыгину , считавшемуся в то время лучшим в Сибири. В декабре 1919 здание было национализировано и использовалось как школа, а позднее — горкомом КПСС. В 1990 году здание передано историческому отделу Бийского краеведческого музея. На музеи у города денег всегда не хватает, поэтому здание ветшает и потихоньку разваливается. Его даже включили в первую очередь капремонта на 2015 год, но и в этом году денег не нашли.


Музей небольшой, но содержательный. На первом этаже экспонаты древней и средневековой истории коренного населения этих мест, на втором – очень интересный истории освоения Алтая русскими, и на третьем – советский период, самый неинтересный. Жаль, что в городе нет музея купеческого быта, было бы занятно посмотреть как жили теже Ассановы в этом огромном доме.

Насытившись впечатлениями от архитектуры и истории города, решаю искать ближайшую трамвайную остановку в сторону вокзала. Трамвайная сеть в Бийске организована очень просто – одна линия протянулась на с крайнего северо-востока до юго-запада с одним ответвлением на левый берег Бии. Объяснение этого простое –город вытянут как раз в этом направлении и на юго-западе расположена промзона. Редкое явление для исторических городов – четкое разделение селитебной части от производства. Достигнуть удалось по причине отсутствия крупных производств в дореволюционном Бийске (торгово-финансовый центр). Нумерация маршрутов мне показалась какой-то странной в ней кроме цифр присутствуют и буквы. Почему так понять я не успел. В старом городе трамвай движется по улицам Ленина и Мухачева. Я как раз выхожу на Мухачева. Мне везет, почти сразу показывается модерновый трамвай №7к и я
По дороге бийский модерн продолжает преследовать меня. То среди зарослей кустов мелькнет купол со шпилем,


то прямо к трамвайным путям выбежит очередной эклектичный особнячок.


Минут через 15 я уже на месте. Время около часу по полудни, самое время подкрепиться. Недостатка в местах где можно это сделать в окрестностях вокзала предостаточно. Меня привлекает запахом свежего жареного теста и лука окошко, притаившееся среди торговых рядов. Есть даже небольшая очередь, что говорит о востребованности этого скромного заведения. Особенно радует цена. Беру в соседнем магазинчике бутылочку холодного пивасика, а в выбранной точке пару пирожков с печенью. Действительно, пирожки оказываются вполне доброкачественные и печенка с маслом положена без жадности. Мне хватило пообедать. Теперь с новыми силами пора браться за исследование путей в поселок Сорокино.
Дело в том, что именно напротив этого поселка расположен Иконников остров который последним разделяет Бию и Катунь, две главные реки Алтайских гор рождающих величайшую реку России. На островной стрелке стоит интереснейший, единственный в своем роде «речной» указатель: «Катунь + Бия = Обь». Это место почиталось священным у многих местных племен, о нем писал Рерих как о сакральной точке, где произойдет финальная битва Добра и Зла и решится судьба человеческой цивилизации; поговаривали и о древнем святилище, где якобы спрятана Золотая Баба. Сегодня у места слияния рек стоит красивейший храм Александра Невского. Вот этот храм и должен стать конечной точкой моего маршрута. Автобусом доеду до Сорокино, а от туда, любуясь панорамами речных просторов дойду пешочком до окраины села Одинцово. Снимусь на фоне слияния рек и автобусом вернусь в Бийск.


К сожалению, планам не суждено было сбыться. Свои коррективы внесла переменчивая алтайская погода. После долгого ожидания (автобус в Сорокино ходит раз в час, и один рейс на 14.20 отменили из-за отсутствия пассажиров), после продолжительной дороги до Сорокино, я все-таки вышел к месту от которого была видна точка слияния. Но небо начало заволакивать очень несимпатичными грозовыми тучами. Порывы ветра подняли в воздух пыль и песок. Как-то сразу мне расхотелось тащиться четыре километра до Одинцово. Я решил, что задача-минимум выполнена, а мокнуть мне совсем не обязательно, поэтому лучше будет побыстрее вернуться на остановку.


Решение оказалось абсолютно верным, не успел я достич остановки, как разверзлись «хляби небесные». Я успел промокнуть до нитки, пробежав до навеса какие-то жалкие 50 метров! Хорошо, что попутная маршрутка подошла быстро, и я втиснулся в сырое и теплое нутро заполненное еще сухими пассажирами.
Самая песня началась, когда мы въехали в город. Ливень был такой интенсивный, что даже на центральных улицах ливневка не справлялась с водоотводом. Машины шли медленно рассекая волны природного катаклизма.


К моей радости, когда маршрутка прибыла к вокзалу, дождь закончился. Можно было продолжать знакомиться с городом. Ведь у меня еще осталась не исследованная часть нового Бийска. Однако, лужи и общее переизбыток впечатлений сказался, и я решил, что можно завершить сегодняшнюю культурную программу, отправившись в гостиницу.